Uncategorised

Калужский ТЮЗ в г. Медынь

DSC02075    

    20 апреля 2019 года Калужский ТЮЗ посетил г. Медынь. В Доме культуры состоялся показ спектакля для детей "Гуси-лебеди" Ф. Рожков (по мотивам одноименной русской народной сказки) и вечерний спектакль для взрослых "Сестры" А. Убогий. В рамках Всероссийской акции "Библиосумерки 2019" актеры Калужского ТЮЗа провели творческую встечу с детьми и дали мастер-классы по актерскому мастерству.

   Благодарим администрацию ДК г. Медыни за теплый прием и надеемся на дальнейшее сотрудничество.

DSC02153DSC02540

 

DSC03741DSC03521

DSC03291


DSC03992-EditDSC04107

DSC04331DSC04951

Недалеко от Москвы


     В Калуге наткнулся на табличку: «переулок Старичков». Конечно, переулок – скорее Старичков, чем Старичков, а всё равно приятно (тем более, ударения на табличках нет, где хочешь, там и ставь). Вроде бы, молодым везде у нас дорога, но стоит свернуть с улицы Ленина, и попадаешь – см. выше, вот ведь оно как бывает...

     Есть в Калуге и улица Театральная; почти как в известной некогда песне – есть улицы центральные, а есть и Театральные. Здесь она начинается практически от Областного драматического театра (если перейти дорогу), в доме № 1 обитает Театр кукол, а чуть подальше, на чётной стороне, располагается ТЮЗ. Точнее, не ТЮЗ, а его службы и подсобные помещения; сцену закрыли пожарные, и с тех пор спектакли играют, где получится – в основном, насколько могу судить, по окраинам. Калуга, конечно, не мегаполис, но, сами понимаете... Вроде бы, в здании собираются заменить всю электрику, после чего Театр вернётся домой, но, как говорится, скоро сказка сказывается... Кроме того, возможны варианты: так, губернатор А.Артамонов недавно озвучил как «заслуживающее внимания» предложение перевести ТЮЗ на территорию бывшего Центрального рынка (он же – «Купол»). Нет, это не Театральная улица, но по соседству, что не отменяет многих других вопросов (скептики утверждают, что проще и дешевле снести «Купол» и построить новое здание). Чем всё закончится в реале – Нострадамус его знает. И сколько ещё Калужскому ТЮЗу скитаться по окраинам – вопрос к нему же.

     Вот по этим самым окраинам посмотрел я два спектакля – взрослый и детский. «Пастушка и трубочист» (по сказкам Андерсена), понятно, рассчитан на мелкий контингент, не мне судить (габариты не позволяют), так что есть возможность немного, типа, пофилософствовать. По-старичковски.

     Вопрос на засыпку: нужна ли глубокая, подробная психологическая проработка образов Пастушки, Трубочиста, Китайца, Козлонога и т.д.? По-моему, не только не нужна, но и смешна. Пушкин когда-то противопоставлял Шекспира не кому-нибудь, а Мольеру: «Лица, созданные Шекспиром, не суть, как у Мольера, типы такой-то страсти, такого-то порока, но существа живые, исполненные многих страстей, многих пороков. Обстоятельства развивают перед зрителем их разнообразные и многосторонние характеры»; можно соглашаться или нет (Грибоедов, к примеру, соглашался, а Гоголь спорил по сути), но, если отвлечься от конкретных имён, акценты расставлены чётко: одни персонажи – характеры, другие – типажи. В детских сказках, как правило, действуют именно типажи, а не характеры, согласитесь.

     Стало быть, из Парижей и Лондонов возвращаемся в более близкую нам Калугу. В «Пастушке и трубочисте» (стоит ли, при всём уважении к Андерсену, искать в тёмной комнате чёрную кошку, которой там нет? сомневаюсь) – типажи. Что требуется от актёра в таком спектакле? То же, что и всегда: внятная речь, чёткая пластика, умение держать ритм и так далее. Но перевоплощаться в своего героя не обязательно, достаточно его обозначить. По-моему, так.

     С подростковыми спектаклями всё не столь однозначно, факт, но подростковых спектаклей Калужского ТЮЗа я не видел, посему эту тему выношу за скобки. Другое дело – часть репертуара, адресованная самым немаленьким; увы, чаще всего на таких спектаклях забываешь о специфике театра, в который пришёл – всё то же самое, что и на «взрослой» сцене, словно постановщики стесняются аббревиатуры «ТЮЗ» и ни о чём таком напоминать не хотят. Получается или нет, другой вопрос, но то, что наработано по основному профилю, решительно отбрасывается. Понятно, речь не о крупном ТЮЗе с большой труппой, но если актёров не так много? если им приходится постоянно переходить от театра «персонажного» к театру «типажному» и наоборот? Догадываетесь, к чему я клоню?

     Ни в коем случае не хочу сказать, что актёр, как трамвай, обязан изо дня в день, из вечера в вечер ездить по одним и тем же рельсам, что шаг вправо или влево – побег со всеми вытекающими последствиями. Но и постоянно переключаться туда-сюда – тоже, извините, не фонтан; даже электроутюг, если его всё время переключать с одного режима на другой, достаточно быстро перегорает, а тут, как ни крути, живые люди. Да, если надо, отчего бы не перейти с основного режима на какой-нибудь другой, но этим делом (как и любым другим) лучше, право, не злоупотреблять. Во всяком случае, это разумно.

     Естественно, для взрослого «типажного» спектакля нужно найти подходящий материал. И Калужский ТЮЗ нашёл – в пьесе А.Убогого «Музей исчезнувших вещей» мы видим именно типажи, а не характеры (пусть автор не обижается – что вижу, о том и пою). Сказка для взрослых; от детской «тёзки» она отличается не жанровым решением, а проблематикой. Актёры как бы остаются в своей привычной среде, в своей, если угодно, стихии, им не надо переключаться на другой, если можно так выразиться, «тип дыхания» – разве это не логично?

     Калужский спектакль (разумеется, в моём понимании) именно таков. В Москве он, кстати, известен: «Музей исчезнувших вещей» в постановке худрука ТЮЗа М.Визгова в 2018 году стал дипломантом «Золотого Витязя». В Сети нашёлся отчёт о московском показе с последующим обсуждением увиденного; опускаю первую часть (благо, посмотрел «Музей» собственными глазами) и перехожу сразу ко второй – к фестивальному обсуждению, на котором не присутствовал.

     Сразу же ухватился за фразу Визгова: «когда я делаю спектакль для взрослых, мне все же важна некая детскость в пьесе». Вполне возможно, режиссёр имел в виду то самое, что я тут пытаюсь сформулировать, только у него получилось гораздо лапидарнее.

     И ещё одна цитата из того же отчёта, длинная и не без доли критики: «Здесь столько пропели гимнов и дифирамбов в адрес спектакля... Я почти ко всему присоединяюсь, кроме конца... Не надо 20-летнему актеру играть 13-летнего мальчика. Зачем? Тут же падает доверие. Это относится и к внучке. Там «плюсы» просто через край... По поводу Хранителя времени. Это не Воланд...» (Н.Бурляев, http://ruskline.ru/news_rl/2018/12/20/muzej_ischeznuvshih_vewej/).

     Тут я с чем-то соглашусь, а с чем-то не очень. Вот насчёт избыточной плюсовки – соглашусь, даже добавлю: полагаю, не стоит так педалировать фрагменты условно-молодёжного сленга («Точняк!», «Прикольно!», «Жесть!» и т.п.) Может быть, именно из-за этого начальная часть спектакля меня несколько напрягла. Всё встало на свои места, когда появился Смотритель музея (Бурляев назвал его Хранителем времени, это неточно, но я, скорее всего, допустил бы такую же ошибку, если бы не программка под рукой). Именно этот Смотритель (актёр С.Горталов) как бы дирижирует происходящим на сцене, задаёт и регулирует ритм; в одном месте он, как мне показалось, чуть-чуть сбился (спектакль – дело живое, раз на раз, понятно, не приходится), и получился небольшой «перекос» (благо, ненадолго). Кстати, соглашусь, что Смотритель – совсем не Воланд; он из того же царства, но рангом намного ниже (скорее, мелкий бес). «Не надо его демонизировать», как сказал Бурляев, но и не замечать инфернальности этого искусителя тоже, право, не стоит.

     А вот с какой частью критики не соглашусь категорически – так это с оценкой финала. По-моему, финал и должен быть таким – без акцентированных точек над «i», которые и в детских-то сказках не всегда уместны. В калужском «Музее исчезнувших вещей» ответ не декларируется/декламируется (что правильно), хотя и подразумевается (что нормально).

     И ещё. Что поделать, любим мы впадать в крайности – то в почёте чернуха (все в дерьме, только автор и постановщик – в белых фраках), то, наоборот, подавай нам розовуху (борьбу хорошего с лучшим). А тут, слава Богу, ни той, ни другой крайностью и не пахнет. Чем пахнет, спросите? Театром, надо полагать. Не безупречным, но вполне себе живым. И по-своему интересным, что встречается нынче, ей-Богу, не так уж часто. По крайней мере, мне было интересно.

     Вернусь к актёрам. В «Пастушке и трубочисте» Горталова я не видел, он в этот день не играл. Но обратил внимание на некоторых актёров, занятых в обоих спектаклях – по крайней мере, Е.Сёмина и А.Сотсков умеют быть достаточно разными, что всегда радует (извините, насмотрелись мы на полузвёзд, которые зимой и летом одним цветом, как ёлки в лесу). Радует и спокойная, цельная режиссура – без пресловутых «фишек», почти всегда выпирающих из ткани спектакля, вплоть до разрыва этой ткани на мелкие составные части. Это, будем считать, реплика в сторону, но не озвучить её было бы неправильно.

     Отмечу, что в репертуаре калужан есть «Вишнёвый сад» и «Смерть Тарелкина». Но в каком ключе решены эти спектакли, не знаю. Тоже в типажном? Верится, честно говоря, с трудом, а впрочем... кто знает...

     Остаётся, стало быть, пожелать удачи Калужскому ТЮЗу. И возвращения домой – или, в крайнем случае, обретения нового постоянного и полноценного места жительства.

    Не на отшибе.
 
Алексей Битов

Культура. Гранты России

2141 granty-rossii

Портал «Культура. Гранты России» – это агрегатор сведений о федеральных, региональных, муниципальных и частных грантах для поддержки творческих проектов в области культуры и искусства
 

 

Портал создан по поручению Председателя Правительства Российской Федерации Д.А.Медведева по итогам форума «Культура – национальный приоритет» Всероссийской политической партии Единая Россия, проведенного в Омске в апреле 2017 года.

https://grants.culture.ru/

Яндекс.Метрика
© 2019 Калужсий Театр Юного Зрителя. Все права защищены.